Гарпия

(роман из цикла "Чистая фэнтези")


Поэт Томас Биннори, любимец короля, умирает от душевной болезни. Все усилия лекарей и магов тщетны. Спасти несчастного может лишь гарпия – женщина-птица из резервации на Строфадских островах...

Читать в библиотеке LitRes

 

Казначея звали Август Пумперникель. Был он молод и нагл, как всякий избалованный удачей юнец, а также талантлив, как дьявол. Подкидыш, тринадцати месяцев от роду Август по совокупности признаков был отобран скопцами-арифметами из Академии Малого Инспектрума, где и прошел восемнадцатилетний курс обучения. После чего, отказавшись от почетной кастрации, Пумперникель вступил в должность главного казначея Реттии и возгордился сверх меры. Гордость молодого человека имела под собой основания. Август мог сосчитать капли в море и шерстинки в хвосте любимого ослика принцессы Изабеллы Милосской, вспомнить сумму недоимок по округу Улланд за позапрошлый год, с точностью до двух-трех грошей, и — о чудо! — без промедления указать текущую задолженность по выплатам столичным мусорщикам и золотарям.

«Дуэль» («Архивы Надзора Семерых»)

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

ПАРОДИЯ

(Автор пародии: Скример)

ГЕНРИ, СЫН ЛАЙОНА

Книга первая  "Человек Дромоса"

 
 

 Человек сам себе дверь.
 А кто за ней? Дядька грузный, рыжий, бородатый... тяжелый -- не мыслью, телом... Или стол на двоих? Садись, тень, пить будем. "Герои пьют по-колхски, не разбавляя, а воду льют себе на голову после попойки!"


 -- Дурак!
 Кто это сказал? Ты, рыжий?! Я открываю рот, готовя желчь и язвительность, насмешку и гордость, и -- теперь молчу я. Потому что теней становится двое.
 ...Дядька грузный, рыжий, бородатый... тяжелый -- не мыслью, телом. Уставился в стену, взглядом, как заступом... чудится, стена идет трещинами, красный кирпич, ржавый кирпич, а на нем -- подписи. Кровью.
 ...Дядька-вихрь, по комнате смерчем, туда -- обратно, и мнится: взгляд-заступ рыжего однажды его не минует, вколотит в стену, и дождем... выгоревшим на солнце золотом, подписями бурыми, душами проданными осыплется стена. Дядька-вихрь же отряхнется обыденно и...
 Человек сам себе дверь.
 Я вспоминаю, зачем открыл рот, но говорю совсем не то, что собирался. Я говорю:
 -- Звали?
 Дядька-вихрь ломает шаг на полпути, Дядька-заступ перестает таращиться в стену, переводит взгляд на меня -- сейчас заступом наотмашь... нет, по-человечески вполне смотрит.
 -- Звали, спрашиваю?
 Дядьки переглядываются, потом глазищи -- на меня:
 -- Дурак?
 -- Он самый, - предчувствие упирается в кадык корсиканской навахой -- древние верили, что за кадыком живет душа, "душевный друг -- закадычный". Значит, родимая, напомнила о себе? Вовремя.
 -- Зачем звали?
 Дядьки молчат, переваривая мое заявление... А ты чего ждал, Генри, сын Лайона? Ой, дурак родименький! Ой, заждались мы тебя, дурачка! Ой, заходи...
 -- Пить будешь?
 Дядьки наконец соизволили высказаться.
 ...Хмельные чаши идут по кругу, мешая день с ночью, свет с тенью, рассудок с чувством, живых с пьяными, мертвых с трезвыми, гостя с хозяевами... Кислое вино вяжет язык, хвала Бахусу -- недолго осталось, ибо вкус... вкус здесь ни при чем.
 Я напьюсь.
 Я, Генри, сын Лайона, сэр Олди... странник по мирам, сам себе дверь... В Бездну, в Бога, в душу! В мать. У меня совсем немного времени, чтобы научиться напиваться. Чаша холодна под пальцами.
 Я напьюсь.

 (Готовятся к изданию: Книга вторая "Человек Лотоса", а также "АНДРЕЙ, СЫН ВАЛЕНТИНА" книга первая "Я не напьюсь" и книга вторая "Напьюсь не я").

Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди