Я возьму сам

(3-я книга "Кабирского цикла")


Перед нами - поэма. Ведь аль-Мутанабби, главный герой романа - поэт, пусть даже меч его разит без промаха; а жизнь поэта - это его песня...

Читать в библиотеке LitRes

 

Глава Совета снял роскошный тюбетей и поскреб макушку ногтем. Лицо гроссмейстера излучало растерянность. Хотя сельский дурачок, и тот вряд ли бы поверил в растрепанность чувств Эфраима Клофелинга, автора серии основополагающих работ на тему "Есть ли жизнь после смерти?", посвященных детородным функциям у покойниц. Успешно совмещая теорию с практикой, хладнокровный, как ледяной тролль-диверсант, Эфраим лично принимал роды у женщин, умерших в период беременности, получая в итоге здоровеньких, живехоньких младенчиков с рядом интересных, малоизученных свойств. За это он приобрел гордую кличку Пупорез. Зря, что ли, ростовой портрет Клофелинга украшал "Нашу гордость", галерею "звезд" Коллегиума Волхвования? Сейчас, по слухам, гроссмейстер расширял спектр исследований, изучая покойниц разной степени свежести с точки зрения возможности зачатия. В качестве суррогат-отцов он привлекал эстетов-добровольцев из Академии изящных искусств.

«Приют героев»

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Интервью - 3

Проверено, что читатель, любящий фантастику, но от фэндома далекий, способен назвать только три имени пятерых украинских фантастов: Дяченко, Олди, Валентинов. Какими именами вы бы расширили его круг чтения? И почему они не на слуху: по объективным причинам или «писать надо лучше»?

 

 

            О. Л.:

            Для начала и обязательно: Борис Штерн, Олесь Бердник, Владимир Савченко.

            Далее: Лев Вершинин (к сожалению, в последние годы он отошел от литературы), Ярослав Веров, Сергей Герасимов, Федор Чешко, Людмила Астахова, Яна Дубинянская, Андрей Дашков… Наверняка кого-то забыл, но уж пусть они нас простят.

            А вот причины их меньшей, если верить вам, известности я назвать затруднюсь. Возможно, их книги ориентированы на более узкий спектр читательского интереса. Возможно, пишут меньше или издаются меньше. Возможно, меньше остаются в читательской памяти по прочтению. Или меньше рекламируются, привлекая внимание

            Я вижу для себя пока что одну явную причину – их книги вызывают меньше споров. А мое глубокое убеждение заключается в том, что чем полярнее впечатления читателей от книги, тем больше она удалась.

 

            Д. Г.:

Из наиболее известных в фэндоме (и в меньшей степени -- за его пределами) стоит назвать в первую очередь Владимира Васильева и Алексея Бессонова. Оба пишут весьма увлекательную приключенческую фантастику. Еще есть целый ряд украинских авторов, пишущих весьма и весьма достойную прозу (именуемую при этом фантастикой) -- но, к сожалению, действительно не получивших пока широкой известности. Хотя все они -- писатели вполне издающиеся, у каждого вышел целый ряд авторских книг, не считая многочисленных публикаций в антологиях и периодике. Кто такие? Федор Чешко, Андрей Дашков, Сергей Герасимов, Яна Дубинянская, Алексей Корепанов... Рекомендуем! Почему эти имена пока недостаточно известны читателю? Возможно, издатели не слишком удачно позиционировали их книги, и они (книги) не дошли до того читателя, которому были предназначены. Возможно, просто не повезло -- пока. Надеемся, со временем эти писатели все же получат заслуженную известность.

           

            * * *

 

Важно ли для вас считаться в России и вообще за рубежом украинскими фантастами? По-вашему, водораздел проходит по языку, по территории, по гражданской позиции — или его нет вообще?

 

            О. Л.:

Между читателем и писателем нет водораздела – ни языкового (если надо, на помощь приходит переводчик), ни гражданского (мы не проверяем паспорта друг у друга), ни территориального (мы – одной крови), ни какого-нибудь другого. Читатель и писатель всегда земляки, всегда говорят на одном языке. Нашими собеседниками могут быть Лондон и Гессе, Лао Шэ и Ясунари Кавабата – без проблем, виз и деклараций о намерениях.

Водораздел есть между писателем и политиком. Читателем и чиновником. Литератором и функционером «творческого союза». Культурным человеком и хамом. Но и эта граница не зависит от отметок в паспорте.

            Я – не украинский фантаст. Ни здесь, ни в России, ни на Багамах. Это придумали за меня и без меня. Я – писатель (поэт, драматург, публицист), гражданин Украины. Такое положение дел меня вполне устраивает.

 

            Д. Г.:

Сам я считаю себя украинским писателем, пишущим по-русски. Потому что живу здесь, в Украине. Но когда меня (или Олди в целом) периодически называют русским писателем -- не спешу с опровержениями. Если кому-то хочется считать Дмитрия Громова (или Олди) русским писателем -- я не против. Какая, по большому счету, разница? "Водораздел", наверное, существует -- но он весьма условен и легко сдвигается в ту или иную сторону -- в зависимости от взглядов сдвигающего. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось... лишь бы книжки читало! А в какую культуру / литературу в итоге запишут -- не столь уж принципиально. Тем более, что книги Олди и вправду принадлежат одновременно и русской, и украинской литературе: по языку, по литературным традициям, по мироощущению... Такая вот двойственность, внутри которой лично я очень неплохо себя чувствую. А критики, литературоведы и журналисты пусть продолжают ломать копья по этому поводу: я давно и с удовольствием за этим наблюдаю. Глядишь, что новое о себе узнаю?

 

            * * *

 

На какой фантастике вы росли? Украинская среди нее была?

 

            О. Л.:

Разумеется, была – Бердник, Котляревский, Грин, Винниченко, Владко, Савченко…

В остальном – Гаррисон и Стругацкие, Шекли и Саймак, Бредбери, Ефремов, Бестер, Гансовский, Варшавский, Биленкин, Чапек, Уэллс…

Хотя замечу, что рос далеко не на одной фантастике.

 

            Д. Г.:

Во-первых, "рос" я далеко не только и даже не столько на фантастике. Читал много самого разного: от Пушкина и Алексея Толстого -- до Дюма и Джека Лондона, от Киплинга и Ремарка до Цветаевой и Станюковича, от Сабатини и Конан Дойла -- до Гоголя и Чехова... Короче, перечислять можно очень долго. Если же говорить отдельно о фантастике, то это, конечно, братья Стругацкие, Лем, Шекли, "Неукротимая планета" Гаррисона, "Пасынки вселенной" Хайнлайна, Герберт Уэллс, "Аэлита" и "Гиперболоид инженера Гарина" Алексея Толстого, "Война с саламандрами" и "Кракатит" Чапека, Ефремов, Беляев, Мирер, Днепров... Опять же, можно перечислять и перечислять. Из книг украинских фантастов запомнились "Пути титанов" Олеся Бердника.

 

            * * *

 

Пока ни одна попытка наших издателей выпускать фантастику на украинском языке (в том числе и переводы ваших книг) не стала, насколько я знаю, коммерчески успешной. Как вам кажется, дело только в российской конкуренции или в чем-то еще?

 

            О. Л.:

К сожалению, наши издатели не умеют:

            а) издавать книги

            б) продавать книги

Если делать книгу спустя рукава, а потом ждать, когда к тебе на склад придут благодарные оптовики с пачками денег – ничего не выйдет. Если обожать гранты и пытаться «встроиться» в национально-политическую конъюнктуру – ничего не выйдет. Если думать, что украинский язык сам по себе залог и талантливости текста, и коммерческого успеха – ничего не выйдет. Редкие исключения лишь подтверждают правило.

Как научатся работать – так и российская конкуренция не помешает.

 

            Д. Г.:

Дело, в первую очередь, в неумении торговать. В отсутствии налаженной сети реализации. В нежелании искать новые пути и методы привлечения читателя / покупателя, новые рынки, способы рекламы... Это относится не только к изданию фантастики -- но и ко всему украинскому книгоизданию и книготорговле в целом. Конечно, серьезная конкуренция со стороны русскоязычных книг тоже имеет место. Но эта проблема -- далеко не единственная и, пожалуй, даже не главная.

 

* * *

 

Фестивали фантастики в Украине («Звездный мост» в Харькове, «Портал» в Киеве, «Созвездие Аю-Даг» в Партените) — имеют ли они, по-вашему, какое-то общее отличие от российских конвентов? Или только каждый свое лицо?

 

            О. Л.:

            Вы назвали три абсолютно разных фестиваля. С разными, хотя и одинаково привлекательными лицами. С разными принципами, структурой, взглядами на литературу, программами мероприятий, формами номинирования на премии… Аналогично в России существуют разные конвенты. Большие и маленькие, специализированные и общего плана.

Пусть цветут сто цветов, да?

            Не обижайтесь, но пока я слышу эти вопросы – а чем мы отличаемся от российских аналогов? -- я вижу вокруг глубокую, дремучую провинцию.

 

            Д. Г.:

Как по мне, принципиальных отличий между украинскими и российскими конвентами нет. А вот свое лицо хоть у "Портала", хоть у "Созвездия Аю-Даг", хоть у "Звездного Моста" есть несомненно. Как есть оно и у российских "Роскона", "Интерпресскона", "Аэлиты"...

 

            * * *

 

Клубное движение в фантастике за последние лет двадцать — изменилось ли и в какую сторону?

 

            О. Л.:

Изменилось тем, что в реальности оно практически скисло.

Клубы переместились в интернет.

 

            Д. Г.:

"Бум" КЛФ закончился, часть клубов распалась, часть работает менее активно. Хотя еще остались клубы, участники которых регулярно собираются, обсуждают новые книги и тенденции в фантастике, готовят конвенты. Главная же особенность современного КЛФ-движения и фэндома в целом -- это широчайшее использование возможностей интернета. В сети создано немалое количество сайтов, форумов, блогов и прочих ресурсов, посвященных фантастике. И люди там активно общаются, ищут и находят нужную информацию, обсуждают книги. У каждого уважающего себя конвента давно есть свой сайт -- это весьма удобно как для организаторов, так и для участников. Так что можно сказать, что фэндом (включая и КЛФ-движение) в изрядной своей части перебрался в интернет, и здесь вполне процветает.

 

            * * *

 

Юноше-билингву, обдумывающему житье в фантастике, вы бы посоветовали ориентироваться на Украину или на Россию (имеются в виду все аспекты: и творчество, и «идейность», и прагматика)?

 

            О. Л.:

            Юноше-билингву, решающему, «делать жизнь с кого», надо ориентироваться:

            -- в творчестве – не на Россию, Украину или остров Майорку, а на «божью искру» и великих коллег;

            -- в «идейности» -- на собственные принципы, не отягощенные предвзятостью;

            -- в «прагматике» -- издаваться там, где твои произведения имеют шанс дойти до максимального количества читателей. Повторяю: не писать книги, подстраиваясь под «спрос масс», а издавать уже написанное наилучшим (читай – максимально востребованным) образом. Если же это не получается – издаваться там, где это получается, и не терять надежды.

 

            Д. Г.:

Что касается творчества, то я считаю, что писать нужно на том языке, на котором думаешь. Если же речь идет о билингве, который может безболезненно "переключаться" с русского языка на украинский и обратно, то тут уже вступают в действие чисто прагматические соображения: на каком языке больше шансов издаться? Донести свои творения до читателя? Каков окажется тираж выпущенной книги? И т. д. И с этой точки зрения все преимущества -- на стороне России и российских изданий. Тем более, что книги, выпущенные в России, как правило, успешно добираются и до Украины. В Украине же и издаться куда проблематичнее, и тиражи намного меньше, и далеко не все книги украинских издательств -- даже выпущенные на русском языке -- добираются до России. О книгах же на украинском языке и говорить нечего...

 

* * *

 

Еще добавьте, пожалуйста, краткую биографическую справку и пришлите несколько (даже побольше) фотографий хорошего качества: портретных и конвентных (вы с толпой фантастов и с заграничными мэтрами J).

 

            Тут даем разные варианты справок – выберите, что понравится:

 

            Дмитрий Громов и Олег Ладыженский (Генри Лайон Олди) – обладатели титула "Лучший писатель-фантаст Европы-2006", лауреаты тридцати с лишним международных литературных премий, таких как "Золотой Кадуцей", "Серебряный Роскон" и "Золотой Роскон", "Портал", "Сигма-Ф", "Лунный Меч" и др.. Они выпустили в свет более ста пятидесяти авторских книг (включая переиздания и переводы), суммарным тиражом около полутора миллиона экземпляров, издаваясь на русском, украинском, польском, литовском, эстонском, французском, испанском, венгерском и других языках;записали цикл аудио-альбомов "Театр Олди" (песни на стихи из книг) и рок-оперу "Разорванный круг" (на англ. языке); "черные пояса" каратэ, театралы с опытом двух десятков спектаклей

 

            Громов Дмитрий Евгеньевич. Родился 30 марта 1963 г. в г. Симферополе. В 1969 г. переехал в г. Севастополь (Крым), а в 1974 г. -- в г. Харьков, где и проживает до настоящего времени. В 1980 г., закончив среднюю школу, поступил в Харьковский политехнический институт, на факультет технологии неорганических веществ. Окончил институт с отличием в 1986 г. и поступил на работу в ХHПО "Карбонат" инженером-химиком. В 1988 г. поступил в аспирантуру кафедры общей и неорганической химии Харьковского политехнического института. Закончил ее в 1991 г., однако защищать диссертацию не стал, т. к. к тому времени практически полностью переключился на литературную деятельность.

            Женился в 1989 г., имеет сына 1989 г. рождения.

 

            Ладыженский Олег Семенович. Родился 23 марта 1963 г. в г. Харькове. В 1980 г., окончив среднюю школу, поступил в Харьковский государственный институт культуры, по специальности "режиссер театра". Закончил институт с отличием в 1984 г. В том же году женился. Имеет дочь 1985 г. рождения.

            С 1984 г. работает режиссером театра-студии "Пеликан", поставил более 10 спектаклей, в т. ч. -- по произведениям А. и Б. Стругацких: "Трудно быть богом" и "Жиды города Питера". Лауреат II Всесоюзного фестиваля театральных коллективов 1987 г.

 

            Г. Л. Олди -- лауреаты многих российских, украинских и международных литературных премий: "Золотой Роскон", "Золотой Кадуцей", "Старт", "Фанкон", "Сигма-Ф", "Лунный Меч", премия КЛФ Израиля им. Моше Даяна, премия Союза Писателей Приднестровской Молдавской Республики, премия Ассоциации русскоязычных писателей Израиля, "Большой Зилант", "Портал", "Астрея" и т. д.

            В 2006 году, на международном конвенте "Еврокон", по результатам голосования национальных делегаций 22-х стран Европы Г. Л. Олди были признаны лучшими писателями-фантастами Европы 2006 года.

 

            С 1996 по 2005 г.г. Дмитрий Громов и Олег Ладыженский являлись членами номинационной комиссии литературных премий в области фантастики -- "Интерпресскон" и "Бронзовая Улитка".

            С 1999 г. -- одни из организаторов и члены оргкомитета Харьковского Международного фестиваля фантастики "Звездный Мост".

            С 2000 г. -- члены жюри премии "Аэлита" и Приза им И. А. Ефремова.

 

 

 

 

Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди