Черный Баламут

(роман-трилогия: "Гроза в Безначалье", "Сеть для Миродержцев", "Иди куда хочешь")


Мир стоит на пороге Кали-юги, Эры Мрака. Люди гибнут в Великой Битве. Опираясь на индийский эпос "Махабхарату, авторы разворачивают перед читателем жизнь аскета Рамы-с-Топором и трех его учеников: Гангеи Грозного, брахмана Дроны и Карны-Секача...

Читать в библиотеке LitRes

 

Когда пентаграммы, иначе — пентакли,
Закружат дома в безымянном спектакле,

И демоны освободятся — не так ли? —

То вздрогнет асфальт под ногой.

И пух тополиный — волокнами пакли,

И с бурсы хохочет угодник Ираклий,

И глотка охрипла, и веки набрякли...

Ты — нынешний? Прошлый? Другой?!

Пройдись не спеша от угла до угла,

Дождись, пока в сердце вонзится игла.

«Пентакль»

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Рецензия: Ольга Смагина - «Бездна голодных глаз»

Дорога:

Люди всегда мечтали о бессмертии, уязвимость (и смерть) всегда воспринимались проклятием. Создать мир, где смерть – дар, а бессмертие – проклятие – само по себе чудо. И то, что этот мир оказывается не с неба взятым, а прямым наследником нашего, да ещё и так стройно – выше всяких позвал. Да и не будь всего этого, за один контракт по «продажи души» авторы достойны бессмертия.

Сумерки мира:

Воспринимается исключительно продолжением первого романа.

Казалось бы, избитые приёмы: неуязвимые охотники на чудовищ + оборотни + вампиры. Но преподнесено так, что кажется не банальностью, а откровением.

Витражи патриархов:

Всё время казалось, что вот-вот поймаю мысль, но она к моему разочарованию, смогла ускользнуть. Но удивительно то, что когда я чего-то не понимаю в книге, обычно хочется обвинить в этом книгу. «Витражи патриархов» — тот редкий случай, когда обижаешься не на книгу, а на себя, что ты сам чего-то недопонял, сам себя чего-то этим лишив.

Войти в образ:

Единственная часть цикла, оставившая неприятные впечатления. Две первые главы: один и тот же сюжет, произошедший в разных декорациях. Третья глава, которая должна была бы пояснить их сходство или различия, даёт разрозненный набор сцен и возникающих из ниоткуда и уходящих в никуда действующих лиц.

Живущий в последний раз:

Начало захватило. Смертный в мире бессмертных; тот, у кого лишь одна жизнь, против тех, для кого жизнь – лишь разменная монета, но он должен стать среди них своим. Когда никто не знает, как высоки твои риски, только ты можешь оценить цену победы. Но дальнейшее разочаровало: любовь, которая вместо того, что бы возвысить, заставляет предать свою сущность, превратив в итоге героя во что-то очень расчётливое и даже мудрое, но совершенно безэмоциональное.

Страх:

Повесть, легко воспринимающаяся и самостоятельно, без привязки к циклу, затрагивающая вечные вопросы и дающая тонкие философские ответы. Всегда найдётся истина, готовая бороться даже с самым ужасным злом, и сила, способная его победить.

Ожидающий на перекрестках:

Лень – двигатель прогресса. Что бы облегчить себе жизнь, человек создаёт нечто, что потом его же и уничтожает. Важно вовремя понять, что ты теряешь больше, чем приобретаешь, решиться на безумное восстание против своего же детища, и если ещё не поздно, попытаться вернуться к тому, каким ты был «до». Пожертвовать собой во имя общей цели и суметь принять чужую жертву. И стать тем, кем ты до конца своих дней и останешься. Самая сильная часть цикла.

Восставшие из рая:

Сама Зверь-Книга, как идея, так и воплощение, достойны авторов. Но всё остальное выглядит слишком… дёшево? Начиная с попаданцев, рушащих всё устройство параллельного мира благодаря свалившимся на них способностям, и заканчивая сборищем персонажей всех предыдущих частей, в котором не было никакой смысловой необходимости, и который был вставлен исключительно ради эффектной финальной точки. Самая противоречива часть, т.к. именно здесь сошлись рядом и самая гениальная находка, и самый посредственный сюжетный ход.

Ольга Смагина


Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди