Черный Баламут

(роман-трилогия: "Гроза в Безначалье", "Сеть для Миродержцев", "Иди куда хочешь")


Мир стоит на пороге Кали-юги, Эры Мрака. Люди гибнут в Великой Битве. Опираясь на индийский эпос "Махабхарату, авторы разворачивают перед читателем жизнь аскета Рамы-с-Топором и трех его учеников: Гангеи Грозного, брахмана Дроны и Карны-Секача...

Читать в библиотеке LitRes

 

Ведьма глянула в зеркало – и ахнула. Вместо своего, не слишком юного, но еще вполне привлекательного личика Мэлис обнаружила в зеркальной глади незнакомца: лысого старика со шрамом на щеке. За спиной незваного визитера клубилось и полыхало. Временами из пламенного мрака проступали стены подземелья: бугристые камни, низкий свод, в трещины вбиты крючья зловещего вида. Скелет на цепи дополнял картину. Дергаясь, как в припадке, он тянул обглоданные временем пальцы к старику — и щелкал зубами, раз за разом промахиваясь на какую-то жалкую пядь.
— Сгинь! – не оборачиваясь, велел старик. – Испепелю! Прошу прощения, мистрис, это я не вам...

«Снулль вампира Реджинальда» («Три повести о чудесах)

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Рецензия: Имра Имрахиль (Виктор Никитин) - «Сильные»

Мифология времени, или Боотурская сага / Звезда по имени Человек

 

Юрюн Уолан, из рода айыы заранее знал свою судьбу. Будет боотуром, как и его старший брат Мюльдюн. Настоящим. Врожденным. Вот в Кузницу съездит, доспех/меч ему Кытай Бахсы подберет – и уже боотур. Врагов будет ломать, злых адьяраяев крушить.

Кто же ведал, что Юрюн случайно узнает о существовании еще одного своего брата – и захочет его отыскать. А когда за дело берется настоящий боотур, пускай и молодой, остановить его крайне нелегкая задача.

И уж точно мало кто догадывался, к каким последствиям для всего Трехмирья может привести желание юного Уолана увидать неведомого брата.

 

Харьковский писатель Генри Лайон Олди (Дмитрий Громов и Олег Ладыженский) постоянно ищет для себя новые вызовы. И тут, вдруг, после четвертой трилогии Ойкумены (обзор тут http://perekat.kiev.ua/побег-на-рывок-олди-г-л/ ), Олди возвращаются к мифологической теме, вроде завершенной ими еще в конце 90-х. Да, в 2012-м был «Внук Персея» (обзор тут http://perekat.kiev.ua/внук-персея-книга-1-мой-дедушка-истре/ ), но он казался лишь единичным ностальгическим эпизодом.

Хотя уже по эпосу, ставшему основой для новой дилогии автора, можно было догадаться, что без неожиданностей не обойдется. Ведь «Сильные» были написаны по якутскому олонхо «Нюргун Боотур Стремительный». Якутскому! Для обычного белого читателя, нации столь же далекой, как какие-нибудь Стаи у Винджа (http://perekat.kiev.ua/пламя-над-бездной-виндж-в/ ).

Но лишь до прочтения новой книги Олди.

Оказывается, люди в далекой мифологической Якутии не сильно отличались от нас с вами. Ну не так чтобы прям нас с вами, а скорее от некоторого общего, слегка идеализированного образа человека (мифология все-таки). Кузнецы куют, охотники охотятся, мастера занимаются ремеслом, дети помогают взрослым и набираются опыта, женщины следят за домом и хозяйством. Причем все это тихо, спокойно, без надрыва, переживаний, депрессий или возвеличиваний своего тяжкого труда (мифология все-таки!). Так заведено, что люди трудятся, потом отдыхают и опять за работу. Обычное дело.

Есть, конечно, исключения, вроде богов и их потомков – боотуров, тем ни учиться не нужно, ни работать. Так на то они и айыы.  Просто для них «обычное дело» немного другое, чем у остальных жителей улуса.

Хотя внутри, если присмотреться – те же люди. Вот, к примеру, Юрюн, глазами которого мы будем видеть мир «Сильных». Нормальный, хороший пацаненок поначалу, с детским взглядом на окружающих, любовью к близким, страхами и опасениями. Молодой боотур, прошедший Кузню и загоревшийся идеей поисков брата. Узнающий множество нового о богах и людях. Взрослеющий юноша, все чаще сталкивающийся со своей боотырской сущностью. С наслаждением убивающий врагов, и способный удержать себя от этого насаждения. Понимающий злым молодым пониманием проблемы своей семьи. Открывающий с каждым днем все новые и новые горизонты этого мира. Зрелый человек-мужчина, познающий тяжеленную ответственность, слабость сильного и силу слабого, совершающий ошибки и отвечающий за них. Шикарный образ, который мы отследим фактически с младых ногтей, образ ставший нам ближе большинства реальных старых знакомцев.

Причем подан этот персонаж как бы в двух временных пластах — основная линия от его первого лица в хронологическом порядке, плюс комментарии и размышления (и воспоминания, ага) постаревшего и помудревшего Юрюна (привет с Итаки).

А уж сколько мы за время чтения узнаем якутских блюд, обычаев, традиций и особенностей местных игр, состязаний, пиров, празднеств, рождений, свадеб, похорон – ни в сказке сказать, ни пером описать.

А затем первый том (детский, вводный в историю) подходит к концу, и сюжет летит вперед как пришпоренная лошадь. Коварные похищения, грандиозные сражения, опасные странствия и жуткие чудовища, Нижний мир, адьяраи в количестве и ассортименте, все то чем полон оригинал «Нюргуна Боотура Стремительного». Семейные саги «взрывают мозг», мир висит над пропастью, время сходит с ума, напряжение растет по экспоненте, герои подвергаются жутким опасностям и чудом остаются в живых (и то не все). История излагается уже не только от лица Юрюна, появляются другие рассказчики, со своим стилем и манерой изложения. Причем продолжается развитие образов полюбившихся протагонистов (в первую очередь того же Юрюна), на чью долю выпадает столько перипетий, что другим авторам этого хватило бы на многотомную эпопею, книг эдак на 10-12.

Плюс мы все ближе узнаем одну из самых интересных «фишек» романа – местных боотуров. Людей с оригинальными особенностями, поднимающими тему чистой и незамутненной агрессии, свободной от страха, сомнений и мыслительных оков. Силового воздействия, отделенного от разума, морали и этики. Тему воина, «сильного», машины смерти, с одной стороны идеально подходящей для мгновенной реакции на опасность и защиты от других «сильных», с другой – ограниченной, зажатой в границы своей «боотуристости» и со временем способной навсегда потерять самое главное сокровище человека.

 

И на протяжении всего романа над обычным попервой эпосом висит тень Времени (привет от Кроноса) и теории академика Козырева. Она с нами с первых страниц. Словечко там, термин там, оговорка там, постоянно проскальзывают намеки, что мы видим не просто вольный перепев мифологии якутского народа, а нечто гораздо большее. Может уважительный гимн Его Величеству — непостижимому и безграничному, несмотря на все теории и достижения науки?

Ну и, конечно же, как всегда у Олди (а как иначе!) дилогия переполнена моральными дилеммами, вечными вопросами, философскими «вторыми смыслами».

На них можно не обращать внимания, читая «Сильных» лишь как историко-мифическое фентези в антураже (Олди дают такую возможность, «приключений тела» в книге хватает). Но те, кто все же даст себе труд не лениться, получат на порядок больше удовольствия от отслеживания авторских аллюзий и размышлений над предложенными темами.

Перед читателем мелькают вопросы ответственности, силы и слабости, системы «свой-чужой», преобладания воли над желанием, ума над инстинктами. Темы людской энергии, разума и его границ, безудержной жажды ученых к познанию, взросления, вызовов авторитетам, отцов и детей, ограничений и ограниченности, творящей и разрушающей любви, «закуливания» в маленьких семейных мирках, и к чему может привести подобное «растворение» в других людях.

Обыгрываются вечные поговорки типа «сила есть ума не надо» и «благими намерениями вымощена дорога» сами знаете куда. Читатели столкнутся с вечной битвой звериного начала с человеческим внутри каждого гомо сапиенс. Инстинкта с разумом. Простого со сложным. Внутренних изменений под воздействием непреодолимых внешних обстоятельств.

Проведут несколько дней в компании отличных рассказчиков, увлекательной истории и интересной пищи для ума.

Эрго. Отличный мифологический эпос о сильных и слабых, преданности и предательстве, разуме и инстинктах, любви и ненависти, человеке и человеке. Ну и немножко о времени – стихии? энергии? состоянии? субстанции? — определяющей нашу жизнь.

Имра Имрахиль (Виктор Никитин)


Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди