Герой должен быть один

(1-я книга "Ахейского цикла")


Миф о подвигах Геракла известен всем. Но мало кто знает, что на юном Геракле пересеклись интересы Олимпа, павших титанов и царей Эллады. Герой и его брат-близнец Ификл с детства стали заложниками чужих интриг...

Читать в библиотеке LitRes

 

Воины во все глаза смотрели на бушующее пламя, из которого не доносилось ни звука — кроме обычного гимна пылающему костру. Воинам было страшно. Потому что в редких просветах между огненными всплесками, в прорехах дымовой завесы они видели то, что нельзя видеть смертному.
Геракл по-прежнему сидел в самой сердцевине алого цветка, раскрывшегося в неурочный час близ вершины Оэты, и языки огня ластились к неподвижному человеку выводком слепых щенят, тычущихся в живое тело носами, но неспособных укусить.

Костер был сам по себе; Геракл — сам по себе.

«Герой должен быть один»

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Рецензия: Ольга - «Городу и миру»

Дитя Ойкумены:

Я задаюсь вопросом, как бы она выглядела, моя вторичная реальность? Это такое место, которого нет на самом деле, но именно здесь ментал творит насилие над другими, теми, кому неподвластны чужие эмоции и чужие мысли. Вторичная реальность - сердцевина цветка, именуемого личностью, где каждый новый опыт - новый лепесток. Регина ван Фрассен во вторичной реальности виртуозно играет на флейте, хотя на самом деле инструмент слушается ее едва-едва. Вопрос, какова будет моя вторичная реальность, больше, чем похвала в адрес соавторов, пишущих под псевдонимом Генри Лайон Олди. Он означает, что мир, ими придуманный, отразился в моем сознании, и отражение это уже не принадлежит Олди, оно принадлежит мне, стало одним из лепестков, скрывающих мою сущность.

Серия “Ойкумена” сегодня состоит из четырех больших историй. С первой, историей кукольника, мы уже знакомы. Роман “Дитя Ойкумены” открывает вторую историю, “Urbi et Orbi, или Городу и Миру”. Это лучшая из тех четырех книг Олди, что сегодня прочитаны мной об Ойкумене. В трех предыдущих главный персонаж - мужчина, Лучано Борготта. Дитя ойкумены - это женщина, никакой связи с Борготтой Регина ван Фрассен, к счастью, пока не имеет. Кроме того, что она тоже ментал, но ментал из самого центра мира техноложцев, с Ларгитаса. Наукократия - так можно назвать государственный строй на Ларгитасе. Здесь правят люди науки. Курфюрстина или курфюрст - высшая научная степень. Строй, достойный подражания, ибо тут не прячут голову в песок, отрицая наличие того, что не поддается научному объяснению. Пси-воздействие одних людей на других есть и должно приносить пользу государству. Для достижения этой цели выстроена целая система воспитания менталов, которые были бы социально адаптированы.

Главные персонажи, с которыми мы познакомились - представители касты; менталов в Ойкумене немного, а интерес к людям с уникальными способностями во все времена силен. Рассказ о Лучано Борготте - это прыжки из настоящего в прошлое и назад. С Региной ван Фрассен читатель будет идти бок о бок по лестнице ее профессионального роста. Дитя Ойкумены вырастает на его глазах. Вместе с ней читатель впервые захватит группу, впервые нарушит границы личной свободы подруги, впервые обнаружит, что объект сердечного интереса использует ее, впервые обожжется о защитный контур энергета, сольется в совместной трансляции вторичной реальности врага… Регина, самоуверенная и дерзкая, в первой книге попадет только в один настоящий переплет. Но сделает все, что в ее силах, и чуточку больше, чтобы спастись.

Насилие - профессия Регины ван Фрассен и других выпускников интерната Лебедь. Им приходится держать насилие под постоянным контролем, никого не пускать к себе в сознание и не вламываться к другим. Для малолетнего ребенка эта задача непростая: чужие мысли - открытая книга. Свобода не для менталов, их жизнь полна самоограничения. Уступил мелкому соблазну выяснить, насколько ты интересен новому знакомому - не сдал главный экзамен в жизни. Лестница сюжета в романе Дитя Ойкумена натянута без провисания, с достаточно прописанными второстепенными персонажами, а один из них - режиссер Монтелье - приобретет тут такую объемность, что перешагнет в какой-то момент за страницы книги.

Словом, если бы фантасты сдавали ЕГЭ, то Олди получил бы два высших балла по результатам романа “Ойкумена” (история Кукольника Лючано Борготты в трех книгах) за Ойкуменостроительство и организацию пенитенциарной системы. И два высших балла по результатам первой книги “Urbi et Orbi, или Городу и Миру”. Так я оценила техноложцеведение и менталовоспитание. Ученый совет сайта vz.tj в моем объективном лице, перечитав вышеизложенное, постановил присвоить Генри Лайону Олди ученую степень барона за вклад в развитие фантастики и профинансировать его деятельность, приобретя следующую книгу из серии Ойкумена. Нас ждет “Королева Ойкумены”, господа.

Королева Ойкумены:

В юности я много читала. Наверное, оттого, что мне не хватало общения. Пожалуй, оттого же и в покере мне сейчас нравятся хэдз-апы. “Привет,- говорит оппонент, - прогуляемся до ривера?” ( То есть лимпит, доставляет минимум фишек с малого блайнда). Мой ответ: “Да с чем тебе гулять-то?!” (Рейз до 3,5 больших блайндов. “А вот и есть с чем!” - отвечает оппонент. (Коллирует, то есть доставляет фишки). Флоп открывается туз-шесть-четыре, все разных мастей. “Только после вас” - “Только после вас”. (Оба ничего не ставим). Генератор случайных чисел кладет на стол еще одну четверку. “Радужная форель на гриле с овощами осталась последняя,” - говорит официант. И тут начинается - чек - ставка в полбанка - рейз-рирейз-колл. Так мы с оппонентом кричим на весь ресторан; я - что у меня трипс четверок, он - что не верит мне. Каждый из нас думает, что за этим столом он вооружен ножом и вилкой, а оппонент - форель. Открывается семерка. Лимпер идет олл-ин. Оно и понятно - у него туз-семь. Я коллирую. Что тоже понятно: у меня одномастные 6-4.

И я наперед знаю, что скажет мне вечером тренер, когда его наметанный глаз зацепится за эту раздачу. А уж ее-то он не пропустит, будьте уверены! Он скажет то самое слово, которому я его научила. То есть он знал его и раньше, просто объясняться с остальными членами совета старейшин клана числовой магии как-то получалось и без него. А теперь он произносит его с нужным градусом страсти. Потом авторитет отметит, что моя оценка префлоп-ситуации расходится с его, заледенеет лицом и спросит, как бы я действовала, если бы на флопе не получила две пары. И прозвучат главные в покере слова: какова была вероятность? Я знаю: вероятность неоправданно мала. Я могла посмотреть флоп, заплатив в три с половиной раза меньше, если бы не рейзила оппонента. Но мне нравится думать, что проигравший запишет эту раздачу и вдругорядь заколлирует мой префлоп-рейз со слабыми картами. Вероятность этого я своими действиями слегка увеличила.

Вот потому-то в серии Ойкумена Генри Лайона Олди мне больше нравится история про Регину ван Фрассен, чем история про Лучано Борготту. Потому что во второй мала вероятность того, что развязки были бы таковы, как их описывает Олди. Я оцениваю так вероятность не того, что однажды люди станут уходить в волну. Вероятность не того, что космос кишит флуктуациями, небелковыми формами жизни. А вероятность того, что, попади главный герой в переделку, антисы и флуктуации станут выкладывать на стол такие нужные главному герою шестерки-четверки. Чип и Дейл спешат на помощь! Вот брат деда, да к тому же неженатый, да к тому же большая шишка в военно-космических силах Ларгитаса, тот шестерку, может, и не зажмет. Особенно в надежде, что родственница станет второй Беллой Кнаух, национальной героиней Ларгитаса. Словом, история Регины ван Фрассен мне нравится больше потому, что развязки тут более… реалистичны.

“Королева Ойкумены” - вторая книга из истории о Регине ван Фрассен, “Urbi et Orbi, или Городу и Миру”. И нереалистичной фантастики тут, к сожалению, будет поболее, чем в первой части, “Дитя Ойуцмены”. Но я рассуждаю о реалистичности так, как человек, который в юности читал много, но не фантастику. Как человек, у которого любой пси-диагност, даже без диплома Сякко, разглядит фобию средних размеров, выросшую на том месте, где поселились воспоминания о чтении солженицынского “Ракового корпуса”. Страху перед флуктуациями, вероятно, просто не нашлось места в моем подсознании. Регина ван Фрассен, королева Ойкумены, после обучения на планете Сякко, становится специалистом, который может удалить мою фобию в одиночку, без бригады. Она одна-вшестером, шестеренка. Я не бросаю королеву Ойкумены, берусь за третью часть “Urbi et Orbi, или Городу и Миру”. И это плюсово, к ицимайзеру не ходи!

Изгнанница Ойкумены:

На Борго после заката видны две луны. На Сечене до сих пор крепостное право. На Китте адвокаты с соответствующей квалификацией могут выпустить Лоа (духа) клиента, чтобы рассмотреть его получше. Помпилианцам не нужны слова, чтобы отдавать распоряжения рабам. Удивительная она, Ойкумена Олди! Никак не черно-белая. Энергеты - те, кто из поколения в поколение заботились о развитии своих личных способностей, теперь могут производить энергию за счет внутренних ресурсов организма. Техноложцы - те, кто из поколения в поколение заботились о развитии технологий, теперь должны хранить от инорасцев даже те знания, что преподают в своих университетах. Помпилианцы - не энергеты и не техноложцы; те, кто не сможет обходиться без тех и других, рабовладельцы, из поколения в поколение отнимающие у порабощенных энергию свободы.

Ойкумена Олди такова, что в ее основе неисчерпаемый водоем бесконечных конфликтов. В первой части, состоящей из трех книг, автор говорит нам, что если люди, шедшие из поколения в поколение свои путем, объединятся, то выйдет нечто удивительное. Нечто новое, такое, что даже и в удивительной Ойкумене Олди будет потрясающим. Во второй части, третью книгу которой мы с вами сегодня дочитали, автор говорит нам, что и в потрясающем будущем старое будет по-прежнему сильно. Государство по расовому признаку и его интересы - все еще в списке опасных хищников. Его головы - головы гидры, его лапы - ночные кошмары, проникающие куда угодно. Есть Совет Лиги, чьи решения на словах непререкаемы. На деле - пока не пойман, не вор. Жизнь как мерило художественной ценности в “Изгнаннице Ойкумены” торжествует в финале. И за это торжество Олди получает две звезды.

Прекрасным Шадруваном с его Скорлупой продолжают соавторы список разных вариантов несвободы, который начали вести с самой первой книги. Варварским Шадруваном с его режимом хана на троне и хана за троном продолжается список того, что составляет в политике ее всенепременно неприглядную изнанку. И речь не только о варварском режиме, уверяю. Шадруван-пойди-туда-куда-нельзя-войти - искомая точка соприкосновения культур. Я готова зазывать вас в Шадруван долго. Но когда дочь выходит из примерочной, а я начинаю расписывать достоинства наряда, она зачастую ломится назад, за ширму. И шипит оттуда: “Все ясно! Когда тебе нравится, ты просто киваешь: покупаем.” Так вот, дорогие любители фантастики, в случае с “Изгнанницей Ойкумены” я бы ограничилась кивком. Нельзя, знакомясь с Ойкуменой Олди, не слетать на пыльный Шадруван. Если, конечно, жизнь и для вас - мерило художественной ценности.

Ольга

Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди