Черный Баламут

(роман-трилогия: "Гроза в Безначалье", "Сеть для Миродержцев", "Иди куда хочешь")


Мир стоит на пороге Кали-юги, Эры Мрака. Люди гибнут в Великой Битве. Опираясь на индийский эпос "Махабхарату, авторы разворачивают перед читателем жизнь аскета Рамы-с-Топором и трех его учеников: Гангеи Грозного, брахмана Дроны и Карны-Секача...

Читать в библиотеке LitRes

 

Воины во все глаза смотрели на бушующее пламя, из которого не доносилось ни звука — кроме обычного гимна пылающему костру. Воинам было страшно. Потому что в редких просветах между огненными всплесками, в прорехах дымовой завесы они видели то, что нельзя видеть смертному.
Геракл по-прежнему сидел в самой сердцевине алого цветка, раскрывшегося в неурочный час близ вершины Оэты, и языки огня ластились к неподвижному человеку выводком слепых щенят, тычущихся в живое тело носами, но неспособных укусить.

Костер был сам по себе; Геракл — сам по себе.

«Герой должен быть один»

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Рецензия: ivan2543 - «Одиссей, сын Лаэрта»

Находясь под впечатлением от романа харьковского дуэта, посвященного Гераклу. приобрел эту книгу. И могу сказать – не то.

Основной недостаток ее – скучновата книга. Совершенно другое мировосприятие, спутанные и многословные внутренние монологи, многочисленные повторы и самоцитаты – все это перегрузило текст, к счастью, не до нечитаемости. но близко к тому. Общего между Гераклом и Одиссеем мало, и если даже Геракла авторы наделили определенным интеллектом и сложным мировоззрением. то надо представить, во что в их интерпретации превратился Одиссей…

Основная идея романа. миры – Номосы – сложна для понимания и как-то смазана. Не ясно до конца, что под этим понимают авторы – некие субъективные миры, проекции личностей на мироздание или просто географические локации? Вернулся ли по-настоящему отец Одиссея? Ведь он вышел за пределы Номоса и приблизился к статусу божества, стал неподвластен Глубокоуважаемым, превратив Итаку в личный Олимп. Так чем его путь отличен от пути его сына?

Богом быть трудно. Особенно, когда не нужно. Одиссей не хотел быть ни богом, ни героем – чуть не стал вторым, и почти стал первым. Он очень хотел быть человеком, прожить нормальную, человеческую жизнь. Редкий случай для героя книги – не искать приключений, а всю жизнь бежать от них – прямо в пасть неумолимой, как Харибда, судьбе, слепым чудовищем пожирающей правых и виноватых, дерзнувших и смирившихся…

Олди внесли новый элемент в легенду – способность Одиссея возвращаться в свое прошлое в воспоминаниях. Возвращение – для него цель жизни, сберечь то, что дано ему, как человеку, не променяв на чужое. Самые разные приманки, начиная с любви самой Афины и заканчивая бездной желтого сна, не могут вырвать его из реальности его Номоса, заставить свернуть с дороги домой. Не в видениях, а наяву.

Авторы несколько вольно поступили с легендой – Одиссей оказывается убийцей Ахилла, не описаны в романе его странствия, да и возвращение домой в интерпретации Олди прошло несколько иначе. Резонный вопрос, оправданы ли такие эксперименты, не разрушают ли они уникальную атмосферу мифа? Впрочем, авторы в своем праве…

Книга являет собой еще один эксперимент с мифологией, столь характерный для Олди. Они уже обращались к японской («Нопэрапон»), арабской («Я возьму сам»), индийской («Черный Баламут»), и, конечно, греческой — «Герой должен быть один.» И повторный эксперимент, на мой взгляд, оказался чересчур смелым.

Не порадовал образ Ахилла, перекликающийся с эпизодом в Флеграх из предыдущего романа цикла. «Не верю!» — и все. Слишком это абсурдно и умозрительно. Превращение мифа в полноценный роман – и вдруг опять «не по дням, а по часам» растущие дети-богатыри, способные сокрушить богов. Метафора метафорой, а реализм хромает. Между реальностью и символом важно соблюсти баланс и здесь, имхо, перебор.

Очень сильно утомляют постоянные повторы в многословных и запутанных размышлениях главного героя. Особенно эти «и сова, и олива, и крепость». Сначала ничего, а потом левая бровь дергаться уже начинает.

И еще давит ощущение отягощенности Одиссея своей судьбой. Слишком уж много он гоняется непонятно за чем. пытается добиться, чего – сам не знает. Еще в детстве умеющий видеть сокрытое, Одиссей быстро старится и начинает жить воспоминаниями, постоянно «возвращаясь» к прошедшему.Это делает повествование сложным для восприятия.

И все же эти недостатки можно простить благодаря только одному эпизоду – обучения Одиссея Далеко Разящим. «Надо просто очень любить…» — вот универсальное руководство к действию каждому, кто хочет достичь мастерства в своем деле. Надо очень сильно любить, то, что делаешь – и тогда все получится. Если что-то делаешь, нужно ВЛОЖИТЬ ДУШУ (у Олди даже повесть есть с таким названием) в свое дело, часть себя. Иначе – это лишь ремесло.

Итог: роман проехался по мозгам грузом громоздких метафор, тяжкими воспоминаниями возвращающегося Одиссея о своем счастливом детстве и буйной юности. Более трудночитаемых книг мне у Олди не попадалось. Безусловно, в книге немало интересных философских идей, тонущих в пространных и запутанных дебрях Одиссеевой рефлексии. Атмосфера местами затягивает, а местами сомнительна, да и образы героев мягко говоря, не каноничны. Книга безусловно стоит того, чтобы ее прочитать, но легкого чтения ждать не стоит. Да и слабее она, чем «Герой должен быть один».

ivan2543

Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди