Нам здесь жить

(в соавторстве с А. Валентиновым)


Белые буквы бегут по голубизне экрана, врываются в квартиру архары-спецназовцы, ловят убийц Первач-псы, они же "психоз святого Георгия", и звучит в эфире вопль: "Всем, кто нас слышит! Мы - Город, мы гибнем!.."

Читать в библиотеке LitRes

 

Глава Совета снял роскошный тюбетей и поскреб макушку ногтем. Лицо гроссмейстера излучало растерянность. Хотя сельский дурачок, и тот вряд ли бы поверил в растрепанность чувств Эфраима Клофелинга, автора серии основополагающих работ на тему "Есть ли жизнь после смерти?", посвященных детородным функциям у покойниц. Успешно совмещая теорию с практикой, хладнокровный, как ледяной тролль-диверсант, Эфраим лично принимал роды у женщин, умерших в период беременности, получая в итоге здоровеньких, живехоньких младенчиков с рядом интересных, малоизученных свойств. За это он приобрел гордую кличку Пупорез. Зря, что ли, ростовой портрет Клофелинга украшал "Нашу гордость", галерею "звезд" Коллегиума Волхвования? Сейчас, по слухам, гроссмейстер расширял спектр исследований, изучая покойниц разной степени свежести с точки зрения возможности зачатия. В качестве суррогат-отцов он привлекал эстетов-добровольцев из Академии изящных искусств.

«Приют героев»

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Рецензия: falcrum - «Циклоп»

http://falcrum.livejournal.com/651009.html

Новый цикл прекрасного тандема откровенно порадовал своим первым томом...

В этой реальности, помимо магии, существует некая странная сила, позволяющая издеваться над детьми, взамен получая бонусы чаду:

«- Знаешь, кто такие изменники?
- Ага! - радостно кивнул Танни. Отец с ним беседовал редко, и каждый раз был на вес золота. - Калеки! Которые лучше здоровых! Их в Янтарный грот водят. А потом что-нибудь отрезают. И они... - мальчишке не хватало слов. - Они меняются. Кто сильнее делается, кто ловчее, кто еще чего. Как Марк-ювелир!
Марк-ювелир был в городе человеком известным. Сам король заказывал у него украшения для супруги и фавориток. Двор же в очередь выстраивался за побрякушками.
- Верно говоришь, - согласился отец. - Особенно насчет силы. Силы человеку проще добавить, чем зоркости глаз или чуткости пальцев. И стоит дешевле, я узнавал. Мы с мамой уже давно деньги откладываем. Еще пару лет, и соберем тебе на размен.
- Мне?! На размен?!
- Хочешь сильнее меня стать?
- Хочу!
- А зарабатывать втрое-вчетверо против моего?
- Х-хочу... - промямлил Танни, заподозрив подвох.
- Ты не просто грузчиком станешь. Ты станешь самым сильным, самым лучшим! И денег получишь - кучу! Я всегда мечтал, чтоб тебе лучше моего жилось. Богаче, счастливей! Мы с твоей мамой мечтали... - отцу не хватало слов. Он обнял сына за плечи: - А теперь у нас есть Янтарный грот! Есть сивиллы! Теперь - сбудется. Обязательно сбудется!
Отец погрозил тяжелым кулаком неведомо кому. Он смеялся, но по отцовскому лицу текли слезы. У Танни ёкнуло сердце. Почему отец плачет?
- А что... - горло на миг перехватило. Мальчик с трудом проглотил застрявший в глотке комок. - Что мне отрежут? Чтоб я стал сильным?
Лицо отца потемнело, застыло. Казалось, грубые черты Якоба-грузчика вытесали топором из мореного дуба.
- Что-нибудь. Не очень нужное.
- Что?!
Отец глядел в сторону.
- Я спрашивал, но сивиллы не сказали. Это мы в Янтарном гроте узнаем, когда тебя туда приведут. Может, ухо. Или пальцы на ноге. Ты, главное, не бойся! У грузчика руки-ноги должны быть на месте! Иначе как работать? Сивиллы понятливые, лишку не оттяпают. Страшно? Ну да, страшно. Если б можно было без этого, одним колдовством... Не кисни, парень! Отрежут какую-нибудь ерунду, все заживет. Зато силы привалит - на пятерых! Ямлака видел? Эдма-бугая? Оливера? Вот где силища! Аж завидки берут... Они все через Янтарный грот прошли. Ха! Зарабатывают - каждый за четверых! Мы ж с мамой для тебя...»


Как ни странно, подобное радует не всех. Хотя, скажем, детей компрачикосам тоже продавали вполне добровольно. А тут - полезное же. Ну, или не совсем - могут и разума лишить. При случае. И, как водится, "бороться за права человека" начали вовсе не "бойцы за слезинку ребёнка", а куда более приземлённые личности.

Толковых деталей - масса:

«И, ухмыляясь, напоминал два правила грузчика: ничего не брать пальцами и ничего не поднимать руками.»

Подростковый гормон описан чудесно:

«Танни аж залюбовался.
Впервые он увидел сивиллу восемь дней назад. А казалось, знает Эльзу всю свою жизнь, с колыбели. "Банальность, - хмыкнул бы человек, умудренный опытом. - Так думали до тебя бессчетные тысячи влюбленных юнцов! Поэты извели на перья стаи гусей; живописцы исписали тьму полотен, и все о любви. Малыш, ты смешон..." И ты смешон, ответил бы ему Танни. Тебе только кажется, что ты мудр и остроумен. Плевать я хотел на чужую мудрость и чужой опыт. Забери себе орду поэтов и живописцев. Для меня это - впервые! Хильда? Нет, Хильда не в счет. Хотя ее я и впрямь знал с детства. Но ведь я тогда еще не встретил Эльзу!»


А у нас такие консервы делали?

«Еще кое-какая провизия уцелела в коробках из серебряного сплава, запаянных оловом. Эльза слышала, что такие коробки берут с собой путешественники, отправляясь за море.»

Или такие напитки?

«Время от времени толстяк, шумно фыркая, отхлебывал "кодлу" - подогретую смесь вина и пива, куда добавили яйца, сливки и сахар, а напоследок сунули раскаленную кочергу.»

Язык сочен и смачен:

«Его величество Фернандес тискает сиськи любовниц, и срать хотел на все прошения. Это любимая присказка короля: "Срать я хотел на..." Дальше добавляется по вкусу: на прошения, на нищую казну, на герцога Олландера, на угрозу войны с Сегентаррой. Злопыхатели шепчутся, что у его величества рано или поздно не хватит говна на всех желающих...»

Или вот:

«- Моя-то, - вслух рассуждал колбасник, глядя, как нищенка давится едой. - Сука редкая! Нет, зельц ей удается, этого не отнять. Из свиной головы чудо сотворяет. Разберет, выварит с луком... Вот и меня, да. Разбирает и вываривает. И с хреном... Если б с хреном! Ты, говорит, замку в скважину вставляй. Ты, мол, к бычьей туше приставай. Винищем, значит, от тебя несет... Королевна, мать ее! Ты, грязнуля, небось, живо бы дырку подставила... За такой-то зельц! Тебе хоть винищем, хоть нужником... Вот скажи мне: отчего бабы с жиру бесятся? Шкворчат колбасами! А как припечет, как даст жизнь огоньку под сраку, так шелковые...»

Отсылок - масса. Хошь - Стругацкие:

«Жертвовал спутниками, чтобы спастись самому. Понимал: рядом идет не человек - отмычка.»

Хошь - и вовсе «Формула любви»:

«Погнал из башни: снег убирать.
Велел, чтоб весь.»


Рекомендую: великолепно. И скоро вторая часть выйдет.

            * * *

            Комментарии:

            -- о! новое олди, надо прочитать

-- Очень похожий рецепт с раскаленной кочергой был у них же в Алюмене :)

--

Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди