Нам здесь жить

(в соавторстве с А. Валентиновым)


Белые буквы бегут по голубизне экрана, врываются в квартиру архары-спецназовцы, ловят убийц Первач-псы, они же "психоз святого Георгия", и звучит в эфире вопль: "Всем, кто нас слышит! Мы - Город, мы гибнем!.."

Читать в библиотеке LitRes

 

Над головой — небо гнусной, навязчивой голубизны. Хуже, чем глаза младенца! Бесстыже-нагое солнце вместо того, чтобы выжигать глаза (иногда это бывает приятно!), заставляло их слезиться. Экая пошлость! Пришлось опустить вторые, стеклистые веки. Помогло. Заодно пожухла дурацкая зелень травы. Кудрявая радость Адепта! Кстати, насчет "пожухла"... Это веки гасят аляповатую безвкусицу — или начинает действовать мой смертоносный взгляд?
Хотелось бы, но вряд ли.
Рановато.

«Старое доброе Зло» («Архивы Надзора Семерых»)

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди

Рецензия: Фанткритик - Urbi Et Orbi, или Городу и Миру

Номинация: Рецензия
Генри Лайон ОЛДИ. Urbi Et Orbi, или Городу и Миру
М.: Эксмо, 2010 – 2011.
Бомбы были сброшены для того, чтобы уничтожить все, – и шадруванские дворцы, и людей. Радиоактивная пустыня на многие десятилетия. Дабы никто долго не смог сюда попасть вновь. Можно ли было предположить, что история, начавшаяся с невинной, казалось бы, игры, шестилетней девочки Регины со сверстниками в детском саду, в итоге закончится бомбежкой? Тогда, в детстве, обнаружилось, что Регина - телепат. Ее забрали в специализированную школу-интернат, где научили обходиться с данным ей природой даром без вреда для окружающих и помогли нарастить скорлупу. Причем двойную: чтобы самой ментально не воздействовать на окружающих, и чтобы их мысли не лезли ей в голову: «Маркиз, способны ли вы залезть в карман случайному прохожему?» «Что вы себе позволяете, доктор?!» «Тогда почему вы оскорбляете мои принципы? Мое законопослушание? Почему считаете, что мой самоконтроль слабее вашего?»
Как утверждают авторы - Дмитрий Громов и Олег Ладыженский, предыдущая их трилогия «Ойкумена» – о свободе, а «Urbi Et Orbi» – о насилии. И действительно, «насилие» – одно из наиболее часто встречающихся в романе слов. Можно даже сказать, что это энциклопедия насилия, нанизанная лист за листом на шило биографии Регины ван Фрассен. С самого раннего детства она проходит через череду насилий: на Ларгитасе ее насильно изъяли из детсада и поместили в интернат, на Террафиме похитили в качестве заложницы, на Соне ею манипулировал инспектор Т-безопасности, на Кухте она была вынуждена бежать из посольства из-за атаки флота каутлей и т.д. и т.п. Впрочем, еще девочкой Регина обнаружила «цитату из труда какого-то допотопного философа: «Следует подчеркнуть, что без соотнесения с мотивами и целями определить насилие невозможно. Боль от скальпеля хирурга и боль от удара полицейской дубинкой – разные боли». Далее «допотопный» советский философ Абдусалам Гусейнов как раз связывал насилие и свободу: первое есть узурпация второй, но этого Регина уже не прочла, заснув.
«Ойкумена» рассказывала о мире с точки зрения энергетов. Эти расы, обладают возможностями, необъясненными наукой. А может, и необъяснимыми. Вехдены и брамайны могут путем самоограничений или страданий взращивать некий «внутренний огонь», с помощью которого двигать космические корабли. Вудуны имеют сложные отношения с их внутренними Лоа-душами, которые каким-то образом могут воздействовать на внешний мир. Помпилианцы способны наложением рабского клейма заставить других преобразовывать жизненную силу в энергию. В той же вселенной и в том же самом промежутке времени проистекают события «Urbi Et Orbi». Но с точки зрения иной расы - техноложцев, опирающихся на научно-техническое мировоззрение. Судьба главной героини прослеживается на протяжении трех десятков лет и даже спустя годы после ее официальных похорон. Ряд второстепенных персонажей фигурируют в обоих романах, один из них – Кавабата - даже убит во второй книге первой трилогии, что позволяет предположить, что большую часть жизненного пути (а может, и весь путь) Регина ван Фрассен прошла до стремительного водоворота событий и приключений, случившихся с Лючано Борготтой в «Ойкумене».
Цивилизация планеты Ларгитас выросла из идей Андре-Мари Ампера, обнародованных в итоговом труде “Опыт философских наук или аналитическое изложение естественной классификации всех человеческих знаний”: «Науки делятся на царства: первое - космологические науки, второе - ноологические. Каждое царство делится на подцарства. Подцарства - на два ответвления. Ответвление - на два подответвления. Каждое подответвление - на две науки первого порядка. Те, в свою очередь, на науки второго и третьего порядков. Два царства, четыре подцарства, восемь ответвлений, шестнадцать подответвлений, тридцать две науки первого порядка, шестьдесят четыре науки второго порядка и сто двадцать восемь наук третьего порядка». За пределами узкого круга историков-специалистов эта книга Ампера известна только тем, что в числе наук была предсказана кибернетика – наука об управлении. Первый том вышел в 1834 году, второй – уже после смерти автора – в 1843-м. Упомянутые в романе науки - ценольбология (условия, которые способствуют счастью общества и индивидов), ценольбогения (причины, рождающие эти условия), терпногнозия, технесфетика, хрематология и т.д. – взяты именно отсюда. Уровень квалификации ученого на Ларгитасе дает и положение в обществе: «кавалер вместо адъюнкта, барон вместо приват-доцента, виконт – доцент, герцог – профессор; совет королей физики и математики, политики и ноотехники, имеющий право вето на законы, принимаемые парламентом».
И вот эта цивилизация, достигшая технологических вершин, для которой наука – абсолют, ежедневно, ежечасно, ежесекундно получает щелчки по носу самим фактом существования энергетов с их врожденными свойствами. Тем более обидно, что свойства эти принадлежат большей частью расам невежественным и малообразованным. Но использование «внутреннего огня» вехденов и брамайнов для космических полетов значительно дешевле любого универсального двигателя. Отношение к энергетам по классической схеме психологического замещения у многих техноложцев превратилось в нечто вроде отечественного бытового антисемитизма: «Это же мутанты, тупиковые ветви эволюции. Они выбрали животный, физиологический путь развития – вместо того, чтобы развивать свой разум, как подобает людям!». При этом государство хватается за малейшую попытку понять, как работает организм энергета. Пусть даже при этом их погибнет десяток-другой. Именно такого рода исследования проводились на Шадруване.
Регина ван Фрассен попала в самый центр этих событий. Не по своему желанию, а по воле государственной машины, жестко поставившей ее перед выбором меньшего из двух зол. Как в легенде на Террафиме о шахтерах, которых заваливало в туннелях. К некоторым из них являлся Святой Выбор – Стен-Эльтерн. Он предлагал два варианта. Можно было пойти со Святым Выбором в чрево земли о остаться там навеки. В этом случае жене и детям ушедшего десять лет во всем сопутствовала удача. А можно было спастись и вернуться домой, но тогда невзгоды преследовали всю семью вернувшегося до конца жизни. В главе о Террафиме книги «Дитя Ойкумены» рассказывается о соревнованиях по нахождению в «скорлупе» или, как это называется по-другому, «давилке». Спортсмен помещался в небольшое замкнутое пространство, величиной с лифтовую кабину, стены которого неравномерно, но неуклонно сходились, уменьшая объем и ему надо отчаянно упираться, меняя положение тела, чтобы сохранить жизненное пространство. Продержаться необходимо не менее трех минут. Не каждый мог такое выдержать. Глава эта называется «Птенец в скорлупе» и отсылает, в частности, к коану, который через 13 лет Регине предложили разрешить на учебе в Сякко. Это известный коан о гусе в кувшине. Вот как он звучит во «Введении в Дзен-Буддизм» Дайсэцу Тэйтаро Судзуки: " Как достать гуся из кувшина, сидя в котором он вырос настолько, что уже не может пролезть через горлышко, не причинив при этом вреда гусю и не разбивая кувшина?" Далеко не сразу, даже не через год, и не через десятилетие, Регина понимает (честно говоря, более точное слово – грокает), что гусь – это она (как, впрочем, каждый из нас), а кувшин – мир, формирующий ее и диктующий нормы поведения, миропонимание, ограничения. В том числе и родное государство в лице спецслужб и ученых во имя неявного блага для своей цивилизации готовых уничтожить не на войне представителей цивилизации другой. И если в 12 лет, захваченная террористами (назовем их так), на Террафиме, она со всех сил, упираясь в стены условной скорлупы-давилки обстоятельств, выдержала и призвала спасателей, то в 37 лет Регина поменяла парадигму и просто «вышла» за пределы скорлупы. Когда стали падать бомбы, гусь уже был снаружи. Вместе со всем Шадруваном.

Внимание! Приобрести ВСЕ изданные на сегодняшний момент произведения Г. Л. Олди в электронном виде,

а также ряд аудио- и видеодисков Олди можно здесь:

 

Oldie World - авторский интернет-магазин Г. Л. Олди